Социальное предпринимательство в «Перспективе»

Михаил Новиков – персона в некоммерческом секторе известная. И работает менеджером проектов в не менее известной Региональной общественной организации инвалидов "Перспектива", созданной в 1997 г. на базе Всемирного Института по проблемам инвалидности (ВИПИ). Михаил поделился с нами мнением о проблемах, которые подстерегают инвалидов при устройстве на работу, и объяснил, какие из принципов социального предпринимательства удается реализовывать "Перспективе", а какие преднамеренно остаются в стороне.


Дарья Ткачева:  Михаил, Вы как менеджер проектов знаете обо всех достижениях «Перспективы». Расскажите кратко.

Михаил Новиков:  За 12 лет своей работы “Перспектива” успешно осуществила более 50 проектов. Мы, безусловно, прежде всего, ратуем за изменение общественного мнения по отношению к людям с инвалидностью и стремимся задействовать в работе молодых людей с инвалидностью, дать толчок в жизнь. Мы стоим на защите прав инвалидов на образование и выступаем за создание доступной среды для людей с ограниченными возможностями. Все это, в принципе, с одной глобальной целью – содействовать самостоятельности инвалидов в российском обществе и повышению качества их жизни. Вообще, «Перспектива» – единственная подобная организация в России.


Д.Т.:  Один из ваших крупных проектов – трудоустройство инвалидов. Скажите, изменилось ли отношение работодателей к соискателям - инвалидам за последние несколько лет?

М.Н.:  Да, очень сильно. Даже появление Консультационного Совета по вопросам трудоустройства людей с ограниченными возможностями, куда входят такие крупные компании, как Nike, KPMG, «Джонсон & Джонсон», «Трансаэро», «Citi Россия», АНКОР и РООИ «Перспектива», говорит о том, что предприниматели готовы адаптировать свои услуги для клиентов с инвалидностью, а также сотрудничать с ними наравне с профессионалами. Речь идет не только о социальной ответственности – о том, что инвалидам надо предоставлять рабочие места, потому что они инвалиды, речь идет о том, что они могут быть действительно полезны и эффективны для бизнеса и вполне конкурентоспособны.


Д.Т.:  Сколько работодателей, готовых работать с инвалидами, в вашей базе данных? Сколько человек с инвалидностью вам удалось трудоустроить?

М.Н.: В нашей базе несколько десятков компаний и среди них наиболее активно с нами работают такие компании, как: «Ренессанс капитал», «Седьмой континент», «Джонсон & Джонсон», «Трансаеро», «Ашан» и др. В прошлом году мы помогли трудоустроиться 350 соискателям с различной степенью инвалидности. В этом году эта цифра, скорее всего, уменьшится из-за финансового кризиса. У наших партнеров заморожены многие проекты, происходит сокращение кадров, а новых вакансий появляется мало.


Д.Т.:  Есть ли некая антикризисная программа?

М.Н.: Мы проводим практики, стажировки на крупных предприятиях, ознакомительные экскурсии для молодых инвалидов, которые позволяют им познакомиться с рабочими процессами. Для многих подобных ребят бизнес – это другой мир, что-то такое далекое и недостижимое. Мы же пытаемся приблизить для них этот мир, стараемся дать понять, что они могут стать частью его.


Д.Т.:  Михаил, считаете ли Вы, что «Перспектива» занимается социальным предпринимательством?

М.Н.: На мой взгляд, социальное предпринимательство отличается тремя принципами: какой-либо социальной идеей, самоокупаемостью (точнее, по меньшей мере 50% прибыли получается от собственной коммерческой деятельности), а также принципом демократического самоуправления. «Перспектива» не самоокупаемая, и дело не в том, что предприятия не готовы нам платить, как кадровому агентству, за поиск сотрудника, а потому что организация не готова стать коммерческой. Это значит другой уровень налогообложения и другие сложности, связанные с бизнес процессами, если смешать их с итак непростыми социальными задачами, все вместе сильно осложнит деятельность организации.


Д.Т.:  Как вы считаете, что необходимо для основания организации, занимающейся социальным предпринимательством?

М.Н.: Прежде всего, нужно чёткое понимание, что есть социальное предпринимательство, так как есть ощущение, что даже люди, давно работающие в этой сфере, до сих пор путаются в определении этого термина. Нужен стартовый капитал. Частного предпринимателя может поддержать либо государство, либо сторонние компании, благотворительные организации, фонды. Большинство примеров западных и российских компаний показывает, что социальные предприятия не могут быть столь же финансово успешными и конкурентоспособными, как и традиционный коммерческий бизнес. Доход от социальной деятельности подобных предприятий способен покрывать лишь 20-30% всех затрат. Можно выделить два возможных пути создания социальных предприятий: 1. по инициативе людей с инвалидностью или их общественного объединения, 2. по инициативе представителей бизнеса. За рубежом активно используются обе модели, даже с некоторым уклоном на вторую, а вот в нашей стране бизнес-сообщество большого интереса к социальному предпринимательству пока не проявляет. Тем не менее, считаем этот путь весьма перспективным.


Д.Т.:   Какие вопросы в связи с трудоустройством людей с инвалидностью сейчас стоят наиболее остро?

М.Н.:  Один из самых дискутируемых вопросов на данный момент: какой рынок труда для инвалидов предпочтительней – закрытый или открытый. Закрытый рынок – когда инвалиды работают только в своем кругу, это общественные организации («Общества глухих», «Общества слепых»). Открытый рынок – это интеграция людей с инвалидностью в обычный бизнес, работа на равных условиях и при равных возможностях со всеми остальными специалистами. Мои главные сомнения – в позитивной социальной роли таких предприятий всероссийских организаций, так как вместо интеграции людей с инвалидностью в общество происходит их изоляция. В ведущих зарубежных странах вообще не развивают социальные предприятия для инвалидов с физическими ограничениями (с нарушениями опорно-двигательного аппарата, зрения, слуха). Считается, что гораздо полезнее и эффективнее вкладывать средства на их интеграцию в открытый рынок труда, чем постоянно финансово поддерживать социальные предприятия, как постоянное место их работы. Даже люди с ментальной инвалидностью (синдромом Дауна, аутизмом и т.д.) с помощью программ «поддерживаемого трудоустройства» максимально вовлекаются в трудовую деятельность на обычных предприятиях, и лишь в самых сложных случаях их направляют на закрытый рынок труда, к коему отчасти можно отнести и социальные предприятия. В России инвалидам предлагается работа в специализированных организациях, общественных объединениях и других альтернатив практически нет.


Д.Т.:  Кстати, хочу задать вопрос о людях с тяжелой формой инвалидности. Существуют для них проекты в "Перспективе"?

М.Н.:  Мы как раз работаем над проектом «Поддерживаемое трудоустройство». В работе с людьми с тяжелой формой инвалидности необходим наставник, который проведет тренинги, поможет инвалиду добираться на работу и домой. Чтобы обучить этой специальности, в сентябре в Москву должен приехать специалист из Ирландии (мы долго готовили этот проект, и надеемся, наконец запустить его). Сейчас на рынок приходят такие крупные холдинги, как сети Starbucks кафе, сети отелей Holiday Inn. На Западе подобные организации берут инвалидов на должность уборщиц. Убирать комнаты и складывать полотенца – доступный род деятельности даже для людей с самыми тяжелыми формами инвалидности, в том числе с психическими заболеваниями (аутизмом, синдромом Дауна), при условии, что перед этим они прошли социальную адаптацию и обучение. Подробно о роли и задачах трудового куратора, а также в целом о программе «Поддерживаемое трудоустройство» можно прочесть в моем пособии «Поддерживаемое трудоустройство в европейских странах».  Выход из проблемы трудоустройства соискателей с тяжелой формой инвалидности мы видим именно в развитии социального предпринимательства.


Д.Т.:  Как вы видите путь развития социальных предприятий в России?

М.Н.: Для создания новых социальных предприятий требуются значительные финансовые средства. Сейчас в Российской Федерации это обеспечивается в основном за счёт грантов и пожертвований от зарубежных фондов и благотворительных организаций, а это очень сильно ограничивает количество создаваемых социальных предприятий, ведь другие способы приобрести оборудование являются для них недоступными. Делать это с помощью коммерческих кредитов бессмысленно, так как трудно, а зачастую невозможно обеспечить не то что прибыльность, а даже обычную рентабельность таких предприятий. Решить проблему возможно с помощью создания целевого федерального Фонда (или региональных частных и муниципальных Фондов), которые будут оказывать финансовую поддержку для открытия и функционирования социальных предприятий. Принципы поддержки таких предприятий могут быть различны – от платы за каждого работающего человека с тяжёлой формой инвалидности («голландский вариант») до рассмотрения заявок и бизнес-планов на реализацию конкретных проектов (выделение грантов или беспроцентных субсидий). Очень важно определить восстребованность товаров и услуг на рынке (бесконечные розетки, которые делают инвалиды, сегодня уже не актуальны для рынка). Далее идут оценка идеи и определение масштаба деятельности социальной фирмы. Следующий шаг оценка возможностей реализации проекта и составление бизнес-плана с последующей его реализацией. Необходимо решить вопрос с помещениями под создание и деятельность социальных предприятий. Их коммерческая аренда, а также оплата в полном объёме коммунальных платежей и налога на недвижимость сводит «на нет» все перспективы достижения хотя бы уровня самоокупаемости. Такая же ситуация и с налогами на заработную плату сотрудников. Учитывая, что все они являются людьми с инвалидностью, возможно, не имеет смысла облагать их заработок выплатами в пенсионные и страховые фонды, чтобы обеспечить конкурентоспособность социальных предприятий. Надо помнить, что для создания и функционирования социального предпринимательства необходмимо взаимодействие всех трех секторов: я имею в виду, государство,  НКО и бизнес.


Д.Т.:  Насколько действует федеральный закон РФ о социальной защите инвалидов и насколько он помогает в деятельности вашей компании или наоборот вызывает дополнительные сложности?

М.Н.:  Основная сложность заключается в том, что люди самой тяжелой степенью инвалидности (третьей) по закону считаются не способными к трудовой деятельности, хотя в большинстве случаев это не так и они вполне могут приносить предприятиям пользу. Но получается, что официально устроиться на работу с 3-ей степенью инвалидности они не имеют права. Люди с инвалидностью могут трудиться на предприятии согласно картам социальной реабилитации, показатели их трудоспоспособности туда заносят врачи, обычно стараясь обезопасить себя от рисков (а инвалида - от трудовой деятельности) и налагают запрет на большее число видов деятельности, чем инвалид в реальности мог бы выполнять. К тому же, стандарты, по которым присваивается инвалидность, остались старыми (когда их устанавливали, речь о работе с высокими технологиями еще не шла). Инвалид же часто вполне может справиться с тяжелой умственной работой, но работодатель не может взять инвалида на работу, нарушая ограничения, прописанные в карточке социальной реабилитации. С другой стороны, людям с инвалидностью гораздо проще добиваться установления третьей степени инвалидности и иметь гарантированные государственные выплаты вместо того, чтобы идти на рынок труда, трудоустраиваться, получать образование. У нас был такой случай, когда девушка, инвалид с 3-ей степенью, устроилась на работу, и как раз встал вопрос о том, как же ее оформлять на работу. Девушка была готова отказаться от степени для того, чтобы ее смогли официально зачислить на должность. Но в государственных структурах ее снимать отказались, то есть 3-ю группу дают пожизненно и отказаться от нее невозможно. Мы этот вопрос все же решили, но решался он довольно долго и с большими осложнениями. Такой индивидуальный подход очень осложняет трудоустройство инвалидов.


Д.Т.:   Какой процент из инвалидов, обратившихся в организацию «Перспектива», получают работу?

М.Н.:  Во-первых, мы предоставляем инвалидам-соискателям всю необходимую информацию по трудоустройству. Таких кандидатов 15-20% от обратившихся. Во-вторых, практическая помощь. Когда соискателю необходимо дополнительное обучение или сопровождение, в том числе на интервью с работодателем, мы оказываем подобную помощь. Подобных соискателей 50-70% от обратившихся. Самый непростой случай - это люди с тяжелыми множественными нарушениями развития (с интеллектуальными и психическими расстройствами). Для них необходимы особые условия работы, а также особая поддержка не только на стадии трудоустройства, но и в процессе интеграции на рабочие места. Именно эти люди являются главным объектом при создании социальных предприятий за рубежом, на них необходимо делать акцент и при развитии подобных программ у нас в стране.

 

Специально для портала "Новый бизнес: социальное предпринимательство"
Июнь 2009
Читайте пост редактора о трудоустройстве инвалидов в наших блогах  "Дневники экспертов"

Дата публикации: 1 июля 2009

#перспектива #некоммерческий сектор #инвалидность

 1029   124  
Вам может быть интересно