Хип-хоп — залог здоровья улиц

В пригороде Помоны (Калифорния) возвышается массивное 24-этажное здание. Когда-то его стены служили надежной защитой финансам местных жителей. И сейчас они охраняют помонцев — но совсем другим образом. Здесь расположилась школа хип-хопа Хулио Риваса, задача которой — увести подростков из уличных банд.

О том, что здесь когда-то располагался банк, напоминает лишь стальная дверь. За ней — Библиотека хип-хопа. Стены бывшего PFF Bank & Trust украшены яркими граффити и изображениями великих хип-хоп-деятелей. Фасад — небесно-голубой. Здесь, среди рэпперов, диджеев и танцоров, наметанный взгляд сразу опознает Хулио Риваса по прозвищу Лил Цезарь — основателя школы.

Ривас создал школу в 2012 году, открыв двери для детей Помоны, точно так же, как в свое время «Радиотрон» распахнул свои для него, 12-летнего подростка, приехавшего из Сальвадора в Лос-Анджелес. Молодежный центр «Радиотрон» стал настоящим святилищем для тех ребят, кто мечтал прикоснуться к культуре хип-хопа, узнать, что такое граффити и брейк-данс, стать настоящим рэппером или диджеем. Ривас уверен, что он нашел способ снизить уровень уличной преступности в Помоне. Из 270 районов Большого Лос-Анджелеса она заняла в этом году 59-е «почетное» место в списке самых криминальных. Надо предоставить убежище подросткам — запутавшимся, не знающим, куда себя деть, таким же, как он сам когда-то. Ривас мечтает открыть такие же центры во всех крупных городах США.

Островок безопасности

Считается, что хип-хоп зародился в южном Бронксе среди выходцев из Африки и Латинской Америки в 1970-х годах. Довольно быстро он распространился по всей стране, а «Радиотрон» стал первым центром хип-хопа на Западном побережье. Здесь учили танцевать, сочинять рэп, рисовать граффити. Подростки находили здесь решение многих своих проблем, уходили из банд и ада собственных квартир. Но, несмотря на свою популярность, центру не удалось избежать банкротства и закрытия в 1985 г. И все началось снова.

«Все, кто ходил в «Радиотрон», оказались на улице, – говорит Ривас. – Нам больше некуда было идти. Мы больше не танцевали. Все, что нам оставалось, – бороться за жизнь».

Ривас работал в качестве хореографа и танцора со многими хип-хоп знаменитостями. Ему повезло. Но о криминальных нравах лос-анджелесских улиц он знал не понаслышке. И после собственных стычек с законом решил, что на Западном побережье необходимо создавать новый хип-хоп-центр. Это должен быть островок безопасности, «образовательного сейфа» для тех, кто любит эту культуру.

Ривас смог воплотить свои мечты в реальность после пожертвования в миллион долларов режиссера Чарли Эванса. Сейчас центр предлагает самые разные курсы — от хореографии и эм-си (от англ. Master of Ceremonies, ведущий вечеринки — артист, в сопровождении музыки произносящий со сцены рэп, представляя гостей, диджея, проводя конкурсы и т.п. – Д.С.). Большая часть аппаратуры была пожертвована местными жителями, друзьями Риваса, которые также участвовали в художественном оформлении интерьеров. Большую поддержку оказали власти города.
Хотя официальная цель школы — «предоставить уникальную техническую площадку для того, чтобы научить студентов превращать свою творческую энергию в то, что будет потом продаваться», самое главное для Риваса — чтобы молодежь училась, а не болталась на улице. Может быть, это спасет кому-нибудь жизнь.

Вундеркинды из трейлерных парков

«Когда я перестал приходить сюда и заниматься, следить за питанием и всякое такое, я пошел вразнос. И казалось, это навсегда», – говорит Хосе Мартинес.

Он изучает эм-си. Хосе вырос на Магнолия-стрит в Эль-Монте, Калифорния, в районе трейлерных парков, среди непрекращающихся гангстерских разборок. Сам он (как говорит) в банду не входил, а вот с наркотиками дружил плотно. Поворот в жизни Мартинеса неразрывно связан с музыкой. Он нашел эту школу после долгих попыток обрести место для самовыражения через рэп. Учителя заметили огромный потенциал в подростке и начали заниматься с ним. Майк Кук, преподаватель вокала, даже помог ему оборудовать собственную звукозаписывающую студию дома.
«Все, что нам оставалось, — это слушать его, любить его, заботиться и показывать, что никогда не нужно терять веру, – говорит Ривас. – Мы никогда не говорим: «Стоп! А вот этого делать не нужно!» — потому что выбор человек должен делать сам, это не наше дело».

Школа уже шесть раз давала выступления, представляя разные элементы хип-хопа. На них невозможно не заметить Кассандру Рамирес, хотя она всего лишь стоит на подтанцовке, пока ее тренер по вокалу Ариэль Свит читает рэп. Девчонка дерзко улыбается, взбивает волосы, а тело ее словно повторяет каждое слово Ариэль. Рамирес называет себя интровертом, ее движения говорят об обратном.

«Хип-хоп — нечто особое, это часть меня, – говорит девушка. – Он словно струится сквозь мое тело».

Когда Кассандра не работает над танцами, ее все равно можно увидеть в школе: с неизменным хвостиком на голове, в кроссовках, она намывает полы.

«У меня суровая семейка, и дома мне не так комфортно, как здесь, – признается она. – Едва выдастся свободная минутка, я бегу в школу. В ней я чувствую себя свободной».

Рамирес говорит, что учителя и студенты в школе — как одна дружная семья. Этого и хотел добиться Ривас.

Хип-хоп за мир!

Однако некоторые родители относятся весьма настороженно к увлечению своих детей хип-хопом. У многих из них появляются вопросы насчет того, чему будут учить их детей в этой школе — какой музыке, какому стилю поведения. «Мне кажется, что хип-хоп недопонят потому, что он неверно и однобоко преподносится СМИ в одном ключе. А музыкальному бизнесу это выгодно: это деньги», – считает рэппер Тайрон Стокс.

А Ривас говорит, что это недопонимание и является причиной существования школы в Помоне. Он хочет вернуться к истокам этой культуры, цель которой — «перемены, перемены к лучшему». 

Историческое событие в истории хип-хопа — мирный митинг на Хо-авеню в 1970 году. Тогда Африка Бамбаатаа, легендарный диджей и бывший гангстер, был одним из тех, кто призывал к миру между группировками и самовыражению средствами хип-хопа. Ривас часто вспоминает об этом историческом инциденте и рассказывает о нем своим студентам.

«Вы не просто учитесь читать рэп или танцевать брейк-данс, – говорит Стокс. – Вы получаете знания, которые пригодятся, даже если вы не будете заниматься хип-хопом».

«Дети, которые мечтают стать рэпперами, должны учить английский, а если нет, чего же вы хотите? – вторит ему Ривас. – Эм-си должен быть умным».

И о деньгах

Ривас с женой отказались от собственных карьер ради школы. «Некоторые думают, что мы занимаемся этим ради денег, но это не так», – говорит он. В 2013 году более 21% горожан жили за чертой бедности. Большинство студентов Школы хип-хопа — люди с низким достатком. Они платят 75 долларов за годовой абонемент с неограниченным доступом на все курсы.  Хип-хоп родился среди бедняков, и Ривас с женой не хотят, чтобы недостаток средств становился преградой на пути к получению образования.

«Мы приходим сюда и отдаем себя полностью детям, – говорит Стокс. – Если им нужна еда, значит, мы покупаем еду».

Школа хип-хопа Помоны — образец того, к чему нужно стремиться. Если все пойдет как задумано, волонтеры превратятся в учителей на полной ставке, а сами центры — в настоящие школы. Сейчас в школе обучаются 20 ребят, а должна быть — тысяча.

Школа молода, она отпраздновала в феврале свой второй день рождения. Но то, что находится теперь внутри здания бывшего банка, гораздо более ценно, нежели деньги. Это — жизнь, это — будущее.

Перевел Денис Семенов

Источник: www.huffingtonpost.com

Дата публикации: 29 июня 2015

#социальное предпринимательство #сша

 953   170  
Вам может быть интересно