Инвестиции в устойчивое развитие

Global Impact Investing Network (GIIN) опубликовала исследование Sizing of Impact Investing Market, в котором представлена актуальная оценка размера и влияния рынка импакт-инвестиций (инвестиций социального воздействия). О том, каковы результаты исследования и что ждет рынок в будущем, "Новый бизнес" решил узнать у эксперта в сфере социального предпринимательства Екатерины Бесшапошниковой.

Рынок в цифрах

По оценкам, приведенным в исследовании, объем рынка импакт-инвестиций в настоящее время составляет около 502 млрд долларов США и формируется более 1340 инвесторами. В исследовании подчеркивается разнообразие типов инвесторов и широкий географический охват их работы. Максимальная концентрация капитала наблюдается у финансовых институтов развития (31 финансовый институт развития (DFI) управляет примерно четвертью всех активов отрасли). Однако наиболее массовым является сегмент управляющих активами, который насчитывает более 800  организаций, контролирующих около 50% общего объема инвестиций социального воздействия. Большинство инвестиционных организаций относительно невелики: около половины управляют менее чем 29 миллионами долларов США каждая. Однако на рынке присутствуют и крупные игроки, управляющие портфелем на сумму более 1 миллиарда долларов США. В целом это исследование показывает, что достаточно значительный объем капитала используется инвесторами для решения социальных и экологических проблем в мире.

Условные критерии

Главной сложностью в исследовании рынка импакт-инвестинга остается отсутствие четких критериев. До сих пор некоторые путают инвестиции социального воздействия и благотворительность. Эти понятия иногда действительно пересекаются. Например, когда мы говорим об инструментах благотворительности и импакт-инвестиций, поскольку импакт-инвестор сознательно может идти на отрицательный финансовый результат при возможности достижения более существенного социального или экологического воздействия и в качестве инструмента использовать гранты. Но если целью благотворительности является только социальный или экологический эффект, а также влияние на имидж компании, то импакт-инвестор ориентируется на достижение и социального, и экологического, и финансового результата.

За последние несколько лет участники рынка сформировали для себя условные критерии импакт-инвестинга. Почему условные? Потому что во многих странах, в том числе и в России, пока не принят закон о социальном предпринимательстве и социальных инвестициях. Нет закона – нет и общепризнанных критериев. По этой причине компании, фонды и частные инвесторы долгое время не считали необходимым как-то выделять в своей отчетности суммы инвестиций социального воздействия. А отсутствие данных не позволяло проанализировать и оценить размер и влияние рынка импакт-инвестинга. Со временем участники рынка задумались о том, что нужно найти адекватный способ для структурирования и анализа импакт-инвестиций. В качестве ориентира были выбраны "Цели устойчивого развития ООН". Таким образом, ориентация на одну или сразу несколько целей и задач устойчивого развития обосновывает принадлежность конкретных инвестиций и их результатов к сфере импакт-инвестинга.

Тенденции и прогнозы

Рынок импакт-инвестиций рос в основном за счет сферы микрофинансирования. Но надо понимать, что здесь существует определенный предел для развития. Бизнес-модель, придуманная Мухаммадом Юнусом, в которой важную роль играет коллективная ответственность по взятым кредитам, хороша, если речь идет о маленьком сообществе, маленькой деревне, где все отвечают друг за друга, но она не всегда работает. Не каждый готов отвечать за соседа. Эта система сыграла свою важную роль и уже помогла большому количеству людей получить доступ к финансированию своего микробизнеса.

В дальнейшем члены GIIN, как отмечалось в докладах спикеров на конференции организации в Париже в 2018 году, прогнозируют стабилизацию объема инвестиций в сектор микрофинансирования и ждут прорывов в сфере зеленой энергетики и органического сельского хозяйства.

"Такие прогнозы базируются на ожиданиях, что со временем большинство стран сначала минимизируют, а в дальнейшем и вовсе откажутся от использования углеводородного топлива. Безусловно, изменения произойдут не за один год. Возможно, потребуется 20–30 лет. А пока зеленая энергетика по-прежнему остается дорогостоящей по сравнению с углеводородной. Вероятно, снижение себестоимости ожидается за счет массовости такой энергетики. Опять-таки, это скорее нишевые продукты для удаленных регионов, которых по миру довольно много, говорим ли мы об Амазонке или о районах Центральной Африки. Сейчас зеленые облигации являются уже массовым стандартным инструментом на рынке импакт-инвестиций, но пока у нас нет достаточной информации, чтобы оценить их среднюю доходность и экологическую эффективность", – поясняет Екатерина Бесшапошникова.

Эксперт также отмечает, что органическое сельское хозяйство – это тоже неоднозначная сфера. Не секрет, что цены на натуральные и экологически чистые продукты на порядок выше тех, что выращены с применением химических удобрений и генно-модифицированных семян.

"Население планеты будет увеличиваться, но явно не за счет "золотого миллиарда". Очевидно, что прирост будет происходить за счет развивающихся и в ряде случаев социально неблагополучных стран. Вряд ли жители таких стран массово начнут покупать органическую продукцию. Организация же производств такой продукции в развивающихся странах для поставок в развитые требует от инвесторов не только финансовых, но и технологических, организационных и образовательных ресурсов, что является определенным вызовом. Конечно, такие задачи могут решаться с помощью привлечения социальных посредников на местах, но их работа также не бесплатна. Тем не менее ожидания провозглашены, а насколько они близки к реальности – покажет время, – говорит Екатерина Николаевна. – Если же называть какой-то мейнстрим на рынке импакт-инвестинга, то он будет связан скорее со снижением социального неравенства. В частности, самая первая цель устойчивого развития сформулирована следующим образом: "К 2030 году ликвидировать крайнюю нищету для всех людей во всем мире (в настоящее время крайняя нищета определяется как проживание на сумму менее чем 1,25 доллара США в день) ". Одной из возможностей является инвестирование средств, накопленных развитыми странами, в социальную стабилизацию развивающихся. Особенно этому способствуют усилившиеся в последние годы миграционные потоки: из стран Африки и Ближнего Востока в Европу и из стран Латинской Америки в США. Однако есть и противоположные тенденции: современная мировая геоэкономика ставит под сомнение процессы глобализации, и растет число импакт-инвесторов, концентрирующихся на своих национальных рынках. Таким образом, и в этой сфере мы видим разнонаправленные тенденции. Если концентрация импакт-инвестирования на национальных рынках будет усиливаться, это откроет новые возможности для внутрирегиональной кооперации, а покупка местных продуктов и товаров станет более популярной. Это, на мой взгляд, может стимулировать и инвестиции социального воздействия на местном уровне, когда предприниматели будут рассматривать в качестве объектов для инвестирования местные социальные предприятия".

Не стоит сбрасывать со счетов и общую тенденцию к роботизации, прежде всего в сфере массового промышленного производства.

"Чем больше промышленное производство будет становиться автоматизированным, тем популярнее станет социальная сфера как возможность для занятости людей. Поэтому она будет привлекать и большие объемы финансирования. Конкурентоспособность при ускорении технологического развития смогут сохранить только те страны, которые уже сейчас инвестируют значительные средства в свою науку и образование. На мой взгляд, мы вскоре столкнемся с большей персонификацией образования и социального обслуживания. Люди будут больше работать для людей и заботиться о людях. Именно в социальной сфере и сфере услуг человек останется незаменим", – прогнозирует Екатерина Бесшапошникова.

Действующие импакт-инвесторы

Очень понятными и востребованными для импакт-инвесторов остаются бизнес-модели, связанные с трудоустройством. Здесь проще всего отследить социальный эффект: например, сколько создано рабочих мест для инвалидов.

Перед тем как вкладывать средства, любому инвестору важно понимать объем и доказуемость социального или экологического эффекта, его целевую аудиторию, подлежит ли предприятие тиражированию (например, с помощью франшизы).

В нашей стране действует уже ряд импакт-инвесторов, выбирающих разные модели, направления и инструменты для инвестирования. Среди них можно выделить определенные группы:

  • Государство (как самый массовый социальный инвестор).
  • Региональные социальные инвесторы, которые стимулируют развитие социального предпринимательства в регионах своей деятельности в рамках программ своей корпоративной социальной ответственности. К числу таких инвесторов относятся ПАО "ЛУКОЙЛ", ПАО "Северсталь", ОК "РУСАЛ", ООО УК "Металлоинвест", Объединенная металлургическая компания (АО "ОМК"), АО "СУЭК", ПАО "ГМК "Норильский никель" и др.
  • Социальные инвесторы, которые поддерживают социальных предпринимателей, решающих проблемы отдельных социальных групп. Сюда относятся ООО "Пивоваренная компания "Балтика", Фонд "Навстречу переменам".
  • Социальные инвесторы, которые предоставляют ресурсы всем видам социальных предприятий, но ограничиваются узким набором инструментов поддержки. Примером деятельности такого инвестора является ООО "Импакт Хаб" (Impact Hub Moscow), который проводит акселерационную программу для начинающих социальных предпринимателей 90 days challenge.
  • Универсальные социальные инвесторы, которые поддерживают все виды социальных предприятий с широким географическим охватом, используя комплекс инструментов поддержки. В России в настоящее время в роли такого инвестора выступает государство, а также негосударственный социальный инвестор Фонд "Наше будущее".

"Отдельно можно отметить совместный проект Правительства Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и Фонда "Наше будущее", который получил название "Социальные инвестиции". Его суть заключается в создании эффективного механизма негосударственного финансирования социальных предприятий в этом регионе. Это первый такой масштабный и успешный кейс, реализованный в России. Опыт ХМАО –Югры можно в перспективе применять и в других регионах", – объясняет Екатерина Николаевна.

Выводы

Возвращаясь к исследованию GIIN, можно отметить, что уже сейчас значительный объем инвестиций в мире используется для решения социальных и экологических проблем. В дальнейшем рынок будет продолжать расти и развиваться. Именно поэтому оценка масштабов импакт-инвестиций необходима. Фокус внимания участников рынка все больше направляется не только на прибыль, но и на социальный эффект от их вложений. Анализ воздействия увеличивает прозрачность самих импакт-инвестиций, помогает понять эффективность тех или иных бизнес-моделей и выработать дальнейшую стратегию развития.

 

Источники фото: SHUTTERSTOCK, Abraham/Getty Images

 

Дата публикации: 27 июня 2019



 407   4  
Хочешь получать свежие новости?
Подписаться
Вам может быть интересно